Загорелся Ормузский пролив, и искра упала на Баб-эль-Мандеб
Транспортные артерии под прицелом: Битва за архитектуру Большого Ближнего Востока
Заявление хуситов о завершении периода снижения напряженности в отношениях с Саудовской Аравией может иметь последствия, выходящие далеко за пределы Йемена.
Одновременно с этим прозвучали угрозы перекрытия Баб-эль-Мандебского пролива — одной из важнейших артерий мировой торговли. Ормузский пролив контролирует выход нефти из Персидского залива. Баб-эль-Мандебский же контролирует доступ к Красному морю и Суэцкому каналу. При этом Восточное Средиземноморье превращается в будущий энергетический хаб Европы, а Сирия и Иордания становятся сухопутным мостом между всеми этими направлениями.
Именно поэтому йеменский вопрос невозможно рассматривать в отрыве от процессов, происходящих вокруг Ирана, Израиля, Саудовской Аравии, Турции и Восточного Средиземноморья. Все это — элементы одной и той же конструкции...
Но есть и другой аспект, который обсуждается крайне редко. В последние месяцы Иран постепенно перезапускает всю систему регионального давления. Если раньше основное внимание уделялось Ормузскому проливу, то теперь все более активным становится йеменский маршрут. Это означает появление второго инструмента влияния на глобальную торговлю.
Ормузский пролив создает проблемы для экспорта нефти из Персидского залива, в то время как Баб-эль-Мандебский — для маршрута Азия–Суэц–Европа. Если под угрозой окажутся оба маршрута одновременно, Европа вновь столкнется с энергетическими и логистическими проблемами, а мировые рынки — с ростом страховых тарифов, расходов на фрахт и новой волной скачка цен на нефть.
И здесь становится понятным, почему Саудовская Аравия все чаще оказывается в эпицентре событий. Она является одновременно крупнейшим экспортером нефти и ключевым арабским партнером США...
Поэтому происходящее вокруг Йемена после относительного затишья — один из признаков начала нового этапа масштабной борьбы за архитектуру всего Большого Ближнего Востока.
Чем ближе регион подходит к формированию новой системы транспортных и энергетических маршрутов, тем чаще мы будем становиться свидетелями кризисов в таких узловых точках, как Ормуз, Баб-эль-Мандеб, Сирия, Иордания и Восточное Средиземноморье.
Сегодня очень многое зависит от того, кто контролирует маршруты, а главное — точки, через которые текут нефть, газ, товары и деньги...
П. Алиев
