Один «уничтожит», другой «отомстит»... — Задействуются ли жуткие сценарии?

Президент Ирана Масуд Пезешкиян во время выступления на 81-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН заявил, что Иран должен укреплять свои позиции для самообороны, не собирается спрашивать у кого-либо разрешения в этом вопросе, а удары по иранским городам не останутся без ответа. В свою очередь, президент США Дональд Трамп в своем жестком выступлении, наряду с указанием на возможность достижения соглашения с Ираном, заявил о варианте «уничтожения» Исламской Республики в случае недостижения договоренности.

Что произойдет на следующем этапе ирано-американо-израильского противостояния после столь жестких месседжей, прозвучавших в ООН? Была ли эта эскалация подготовкой к столкновению или демонстрацией силы?

По данному вопросу политолог Юсиф Багирзаде побеседовал с TodayPress TV. Он отметил, что слова Пезешкияна о том, что Иран ни у кого не будет спрашивать разрешения на самооборону и что атаки на иранские города не останутся без ответа, в первую очередь являются сдерживающим посланием:

«Этим Пезешкиян пытается, с одной стороны, показать, что Иран не отступит под военным давлением, а с другой — подать США и Израилю сигнал о региональных последствиях возможных новых ударов. В то же время Пезешкиян не стал полностью закрывать дверь для дипломатии и в своем выступлении заявил о готовности к переговорам в случае отказа от языка силы».

По его словам, выступление Трампа в ООН носит более жесткий характер ультиматума:

«Дональд Трамп говорил о выборе между достижением соглашения с Ираном или его "уничтожением". Однако в том же выступлении он сказал, что соглашение возможно, и выразил веру в то, что переговоры могут принести результаты. Примечательно также, что незадолго до обмена посланиями обеих сторон представители США и Ирана провели встречу продолжительностью около трех часов в рамках Генеральной Ассамблеи ООН. Судя по всему, добиться какого-либо прогресса на этих встречах не удалось».

По мнению аналитика, стороны усиливают военное и политическое давление, чтобы вступить в переговоры с более выгодных позиций.

Он считает, что для следующего этапа процесса возможны две параллельные линии:

«Первая линия — это эскалация. Иран может продемонстрировать возможности ответа со стороны как самого себя, так и своих партнеров-прокси, в то время как США могут усилить военное и экономическое давление. В таком сценарии Ормузский пролив, энергетическая инфраструктура и объекты США в регионе остаются особенно уязвимыми вопросами.

Вторая линия — это принудительная дипломатия. Если цель США заключается в том, чтобы навязать свои условия в отношении ядерной программы Ирана, ракетного потенциала и региональной деятельности, то главная цель Ирана — сохранить безопасность государства и режима, одновременно предотвратив войну. Между этими двумя позициями остается определенное пространство для переговоров. На это указывает то, что Трамп наряду с угрозой "уничтожения" говорит о вероятности соглашения, а Пезешкиян наряду с жесткой риторикой защиты заявляет об открытости к переговорам».

Юсиф Багирзаде оценил эти выступления одновременно как демонстрацию силы, послание внутренней аудитории и политическое давление, рассчитанное на изменение позиции противоположной стороны на переговорах.

Жаля Ровшан

TodayPress TV